Добавить в закладки Карта сайта RSS лента

Зигзаги и заскоки (часть 2)


                                                                     Зигзаги и заскоки (часть 2)


И она открыла. У Павлы просто дух перехватило от услышанного. Она не верила своим ушам! Даже если десять процентов от услышанного было правдой, и того было бы достаточно, чтобы мир перевернулся для Павлы с ног на голову. По словам этой самой сослуживицы, ее муж, ее Тим, которому она абсолютно верила, уже около года обманывает свою жену, наставляя ей рога с секретаршей генерального директора Камилой. Слова Матильды Валерьевны долетали до Павлы как сквозь вату, в глазах рябило и двоилось, в голове плыл туман. «Нет! Этого не может быть. Просто не может! Все это бред старой сплетницы. Ведь Тимур столько раз рассказывал про интриги этой тетки. Просто она завидует. Чужое счастье ей не дает покоя», - проносилось в голове, а мозг фиксировал все подробности, которыми щедро делилась с ней Матильда Валерьевна. «Вы думаете, он недавно был в командировке? То есть, был, конечно. Был. Но уехал он в эту самую командировку не 15 числа, как вы думаете, а шестнадцатого. А где он провел сутки до отъезда, как вы думаете?». «Где?» - тупо спросила Павла. «Ах, милочка моя, - удивилась ее непонятливости собеседница, - Так у нее и был! У Камиллы! У нее отдельная однокомнатная квартира, которая ей досталась после развода с мужем. Там они с Тимурчиком и встречаются когда захотят. Ну, ей то терять нечего, ни мужа, ни детей. Но Тимур… Ай-яй-яй! Иметь такую прелестную жену и в то же время крутить роман на стороне. И с кем? С негритянкой какой-то. Ай-яй-яй! С другой стороны, дорогая, между нами, все они одним миром мазаны. Мой бывший муж тоже бывало: «Я пойду, пиво с друзьями выпью». Ага, пиво!.. Знала я его пиво! Зиночкой звали его пиво! Пиво!.. А в один распрекрасный день вещички собрал и был таков! Так что, милая Павлиночка, не вы первая, не вы последняя. Но Тимурчик то, ах охальник! Променять законную жену на какую-то не разбери поймешь».  Туман в голове Павлы немного рассеялся, она наконец освободила свой локоть из цепких рук собеседницы: «Спасибо вам, Матильда Валерьевна, за сигнал. До свидания», - развернулась и почти побежала прочь.

         Дома Павла попыталась взять себя в руки и проанализировать создавшуюся ситуацию. Но анализ не получался. Мысли все время соскакивали на обиду. Как он мог! Предатель! А она, дурочка, ему безгранично верила. То-то его командировки участились в последний год. Ведь это же надо придумать – наврать, что уехал по делам, а сам вместе со своей дорожной сумкой из одной квартиры в другую. Хорошо устроился мужик! Две жены, два дома. Здесь накормили, там приласкали. Султан нашелся.

         Когда вечером Тимур вернулся после работы домой, его не ждал привычный горячий ужин. Его вообще никто не ждал – Павлы не было дома. Он удивленно заглянул во все кастрюли – пусто. Заглянул во все комнаты – тоже пусто. Странно. Такое произошло впервые за все четыре супружеских года. Где же Павлина?

         Павлина позвонила ему по телефону, когда он доедал яичницу.

         - Привет, это я.

         - Привет. Ты где это пропадаешь? Загуляла?

         - Загулял ты. Я все знаю. Про тебя и про Камиллу. Я приду домой через два часа, и чтобы тебя там к этому времени не было. Ни тебя, ни твоего духа. И не надо ничего говорить! Представим себе, что ты уехал в очередную командировку. Бессрочную.

         …Когда Павла вернулась в сумерках домой, Тимура не было. Как не было и его вещей – в шифоньере висели пустые вешалки, не было дорожной сумки, в книжном шкафу бросалась в глаза пустая полка, на которой еще утром стояли его книги. Вот и все… Финита… Павла прошлась по комнатам. Они казались пустыми и безжизненными. На кухонном столе лежал тетрадный лист, исписанный с двух сторон мелким убористым почерком Тимура. Павла прочла начало: «Дорогая Павлина…», скомкала лист и швырнула его в мусорное ведро. Устало села на кухонный диванчик. Все, закончен еще один жизненный этап. Хорошо, что она сейчас в отпуске. Она придет в себя, переживет эту боль и начнет жизнь заново. Ничего, все еще будет – и счастье, и любовь, и новая жизнь. Все будет, надо только собраться с силами и начать все с начала. Она сможет. Она сильная. И уронив голову на руки Павла разрыдалась.

         На следующий день Павла едва дождалась вечера. Вообще последние сутки оказались фантастически длинными – длинный тоскливый вечер, бесконечно длинная бессонная ночь, тягостно длинное утро, бескрайний унылый день. Вечером она потащилась к Римме. Просто не могла больше держать в себе свою боль. Казалось, еще немного, и она взорвется изнутри, лопнет, как перенадутый воздушный шар. Надо было срочно поделиться с кем-нибудь своим горем, а то сердце не выдержит. Не на родителей же сваливать свои проблемы.

         Римма была дома одна. Едва увидев свою подругу, она удивленно распахнула глаза, ничего не говоря буквально втащила ее в квартиру. Провела в свою комнату, усадила в кресло. Моментально перед Павлой оказалась кружка с дымящимся чаем. Она машинально взяла кружку в руки, машинально отхлебнула и поперхнулась, закашлялась. «Что это?» «Чай с коньяком. Пей! На тебе лица нет». Павла усмехнулась: странное выражение «нет лица». А что тогда на ее лице вместо лица? Допила кружку до дна, откинулась на спинку кресла, закрыла глаза. Приятное тепло разлилось изнутри, наполняя собой руки, ноги, грудь.

         - А теперь рассказывай все и по порядку. Что случилось то? Я тебя такой впервые вижу.

         - А я такая впервые и есть. …От меня Тимур ушел. Совсем.

         - Как это ушел? - улыбнулась непонимающе Римма, - Куда?

         - К некой Камилле, с которой давно уже, как выяснилось вчера, крутит любовь. Вот я его и выставила за дверь, - и Павла опять откинулась на спинку кресла.

         Прошла минута, две. Римма молчала. Павла заинтересованно посмотрела на подругу. Та сосредоточенно разглядывала свой маникюр.

         - Не поняла, - нарушила молчание Павла, - А ты чего, собственно говоря, ни о чем меня не расспрашиваешь? Кто такая Камилла? С чего я взяла, что у Тимура с ней роман? Ты что, в курсе событий, что ли? Я правильно поняла твое молчание? Ах, да, ты ведь тоже работаешь там же, где и Тимур, только в другом отделе. Так значит, об этом романе известно всем? Всем, кроме, разумеется, обманутой жены. Значит, я как последняя идиотка упивалась семейным счастьем, в то время как все вокруг судачили о Тимуре с Камиллой. Даже ты, моя самая близкая подруга, меня предала?!

         - Успокойся, Павлина. Я тебя не предавала. Я всего лишь подарила тебе целый год неведения, а, значит, полного счастья! Кому было бы лучше, если бы ты стала несчастной не сейчас, а раньше? К тому же я надеялась, что этот роман скоро исчерпает себя. Уж больно пара неоднозначная – умный мужик и глупая пустышка.

         Павла молча разглядывала чаинки на дне кружки. Наконец, задумчиво произнесла:

         - Это я виновата. Он хотел ребенка, а я думала, что успеем еще. Пока молодые надо делать карьеру, пожить для себя. Он детей очень любит, от ребенка никуда бы не ушел.

         - Дело не в ребенке. Это величайшее женское заблуждение, что мужчину можно к себе привязать с помощью ребенка.

         - Ты то откуда знаешь? – грустно улыбнулась Павла.

         - Читала об этом. И доктор Курпатов тоже говорил в передаче. Причину надо искать в себе самой.

         - …Хорошо. Тогда объясни, что я делала не так? Ты меня сто лет знаешь, на твоих глазах развивались наши отношения и наша семейная жизнь. Что было не так? Что ему не хватало? Двухкомнатная квартира есть, машину его родители нам подарили, хозяйка я хорошая, жена верная, собой не уродка, финансовое положение стабильное. Что еще ему надо было? А?

         - Понимаешь, Павлина, - медленно начала Римма, - мне кажется, что все дело в том… Нет, давай сначала выпьем еще коньяку. Пошли на кухню.

         Они выпили коньяк с лимоном. Римма сделала бутерброды с икрой и бужениной, но Павла ни к чему не притронулась. Она ждала Римминых объяснений.

         - Понимаешь, - запихивая в рот бутерброд, заговорила Римма, - мужчины в большинстве своем впадают в тоску от рутины и обыденности. Они ведь как дети, подавай им каждый день праздник жизни. А ты, Павлинка, при всех своих достоинствах, слишком уж правильный человек. Все у тебя по полочкам разложено и в шкафу, и в голове. Подъем ровно в 7 часов. Так? Обязательная зарядка. Здоровый завтрак из овсянки и зеленого чая. И так весь день. Как в пионерлагере. Вернее, в концлагере. Я бы с тоски удавилась. Нет, с одной стороны, все правильно. Но с другой… Тоска смертная. Тебе, Павлуш, не хватает изъянов. Эдакой червоточинки. Ты как идеальный круг – красивый, правильный и утомительный в своей правильности. А если у тебя от природы нет недостатков, то придумай их. У женщины обязательно должны быть зигзаги и заскоки и тогда цены ей в глазах мужчин не будет. Поняла? Что касается Тимура и Камиллы… Я думаю, что в ней он нашел то, чего тебе так не хватает. Эта барышня весьма сумасбродная особа. Никогда не знаешь, что она выкинет в следующую минуту. Ветер в голове. Даже, я бы сказала, ураган. Она мулатка, или метиска, не знаю, как это правильно называется. В общем, ее мама родила свою дочку от неизвестного негра. Где уж она его нашла, я не знаю. Говорят, что училась в свое время в Москве в институте дружбы народов. Поэтому у этой Камиллы весьма неординарная внешность – смуглая, темноволосая, волосы, правда, прямые, не кучерявые, черты лица – европеидонегроидные или негроевропейские. Фигурка в порядке, грудь, ноги. В общем, эффектная девица, мужики с ума сходят. Но тупая! Образование – еле школу закончила. После школы ее взяли ученицей в сборочный цех. Там бы и проторчала весь век, наверное, если бы однажды не попалась на глаза генеральному. Он ее и вытащил, направил на курсы секретарей-референтов, в общем, поднатаскали девушку и посадили в приемную.

         - Так у нее интрижка с генеральным, что ли?

         - Нет. Он мужик правильный, семьянин. Просто считается, что у генерального в приемной должна сидеть эффектная красотка. Так сказать, для имиджа. А кофе подавать и на звонки отвечать ума много не надо.

         - Говоришь, этот роман длится уже год. И где же они познакомились?

         - В приемной и познакомились. Он приходил к ней командировки отмечать. Она на него глаз и положила. Он ведь парень видный. Инициатива от нее исходила, это точно. Все судачили, как она ему названивала и глазки строила. Настырная такая, наглая. С полгода примерно его домогалась.

         - И домоглась. Все ясно. Вот и пусть наслаждаются счастьем. Ладно, пойду я, Рим. Спасибо, что прояснила ситуацию.

         - Я если что узнаю, буду держать тебя в курсе. А ты подумай над моими словами на досуге. Я ведь тебе только добра хочу. Ты очень хорошая, но в больших дозах утомительная. Ты умница, все поймешь правильно. И еще, Павлин, знаешь, что в свое время сказал премьер-министр Англии Черчилль, выступая перед лондонскими студентами? Он сказал всего одну фразу. Но какую! Он сказал буквально следующее: «Никогда, никогда, никогда, никогда, никогда, никогда не отчаивайтесь!!».

        

         Это с каких же пор положительные качества стали считаться недостатком? Верность, надежность, ум, расчетливость, экономность, практичность – плохо. Импульсивность, легкомыслие, распущенность, неряшливость, неразборчивость в связях – хорошо. Это не правильно, так не должно быть. Но, к сожалению, факты говорят за себя: Тимур не с ней, а с Камилой. И этим все сказано. Значит, надо хорошенько обо всем подумать. И в словах Риммы есть определенный резон. В ней, Павле, действительно чего не хватает. Сумасбродства, раскованности, должно быть. Хорошо бы спросить об этом самого Тимура, но его нет, звонить ему она, разумеется, не будет. Записка! Боже мой, ведь он оставил ей целое послание, которое она выбросила в ведро. Она не выносила мусор за последние сутки, значит, записка все еще там!

         Павла бежала от остановки домой так, как будто забыла в квартире включенный утюг. Едва скинув босоножки и швырнув сумку на пол в прихожей, кинулась на кухню. Вытряхнула ведро на пол прямо посредине кухни. Записка сразу бросилась ей в глаза. Осторожно развернула бумажный комок.

         «Дорогая Павлина. Не знаю, прочтешь ли ты мое письмо. Вряд ли. Скорее всего, выбросишь не читая. Жаль. Мне так бы хотелось с тобой объясниться. Говорить ты со мной не захочешь – это однозначно. Что ж, имеешь полное право. Я действительно виноват. Сколько раз я порывался тебе все рассказать, но меня останавливало то, что ты не поймешь, не простишь меня. Это правда, что у меня были близкие отношения с Камилой. Так получилось. Но люблю я только тебя. Я не прошу у тебя прощения, потому что знаю, что ты меня никогда не простишь. Я просто хочу объяснить, что люди устроены куда сложнее, чем порой нам кажется. Что можно быть безумно влюбленным в собственную жену и при этом иногда спать с посторонней женщиной. Все так неоднозначно в этом мире. Нельзя любить только сладкое или только соленое, нельзя смотреть только боевики или только комедии, нельзя только смеяться или только плакать. Нельзя видеть во всем только белое или только черное. Все переплетено, все запутано клубком и порой не понятно, где левое, а где правое. А может быть, этим и прекрасен наш мир?

         Нет, я не оправдываю свой поступок. Это предательство, как ни крути. И ты  никогда не поймешь меня. Ты напоминаешь мне памятник «Родина-мать зовет», что стоит в Волгограде. Вся такая правильная, железобетонная в своей праведности. Как мне хотелось порой столкнуть тебя с твоего постамента. Разбудить тебя, как Пигмалион Галатею. Но это мне оказалось не по силам.

         Будь немного проще. Будь немного живее.

         Хотя я не прав, как всегда. Причина не в тебе, а во мне. Я оказался слишком слаб для тебя. И недостоин тебя.

         Я ухожу не к Камиле. Я порываю с ней окончательно и бесповоротно. Пока буду снимать квартиру. Не хочу тревожить родителей.

         И все-таки я не прощаюсь.

                                                                                     Твой муж Тимур».

 

         Твой муж Тимур. Хм-м. Павла положила записку на стол, вымыла руки и пошла в зал. Легла на диван и уснула. Просто мгновенно провалилась в сон.

         Проснулась на рассвете. Солнце только взошло, и его лучи светили в окно ярко, но не ослепительно. Павла подошла к окну и распахнула его настежь. Прохладный утренний воздух обдал ее всю. Она даже задохнулась сначала, а потом вобрала его полной грудью. Тряхнула спутанными волосами. Улыбнулась солнцу, утру. Ничего, жизнь в двадцать шесть лет не закончена. А если кому-то не хватает в ней зигзагов и заскоков, то нет ничего проще. Будут вам и зигзаги, и заскоки, и сумасбродства, и прочие заморочки.

         В прихожей на полу валялась сумка, брошенная ею. На полу кухни красовалась живописная куча мусора. Павла скинула с себя смятое платье, в котором уснула накануне и бросила его на кухонный диван. Достала из навесного шкафа и выбросила в кучу мусора начатую пачку зеленого чая и пакет с овсянкой. Начиналась новая жизнь.

 

        

         ….Тимур набрал номер домашнего телефона. Десятый день, как он не живет дома. Десятый день, как он не видел своей жены. Тимур волновался. Даже, пожалуй, больше, чем когда впервые назначал свидание будущей жене. В трубке раздался гудок, пропиликал сигнал автоответчика, который голосом Павлины произнес с незнакомой мурлыкающей интонацией: «Хэлло. Вы позвонили в интим-салон «Игривый хомячок». Оставьте свое сообщение после звукового сигнала. Кстати, в продажу поступили новые японские вибраторы. Мы ждем вас у нас. Чао!». Тимур положил трубку. В полной прострации посидел пару минут. Опять набрал домашний номер. «Хэлло. Вы позвонили в интим-салон «Игривый хомячок»…». Что происходит? Она что там, с ума сошла от горя, что ли? Что делать? Как узнать, что случилось с Павлиной? Родителям звонить нельзя. Возможно, они даже не в курсе их разрыва. Остается только Римма.

         - Добрый вечер, Тамара Ивановна. Это Тимур. Я бы хотел переговорить с Риммой, если можно. …А где она? …Ах, вот как. Я видел рекламу по местному, что в наш город приехали ребята из «Камеди Клаба». …Да, мне они тоже нравятся. Прикольные парни. …С кем пошла на представление?.. С кем?!. Не может быть! Она терпеть не может подобные шоу! Впрочем, я видимо не в курсе. Извините. До свидания.

         Тимур сидел перед включенным телевизором, но ничего не видел и не слышал. Судя по услышанному, с Павлиной явно что-то не в порядке.  И, несомненно, он причина этому. Похоже, что удар, нанесенный им, надломил ее, если она ведет себя так неадекватно. Чего доброго еще пустится во все тяжкие. Не дай бог, начнет выпивать. Для него полная неожиданность, что она оказалась такой слабой женщиной. Он был всегда абсолютно уверен в ее стойкости. Надо же… Бедная, бедная Павлинка. Какой он скот, что довел ее до такого. Видимо, она слишком сильно любила его. А он то, он!.. Променял свою дорогую жену на … на неизвестно что. Дурак! Полное дерьмо! Экзотики ему захотелось, праздника! Вот и жри теперь эту экзотику полной ложкой! Набрал номер мобильника своей жены. «Абонент временно недоступен…». Он опять набрал домашний номер. «Хэлло. Вы позвонили в интим-салон «Игривый хомячок». Оставьте свое сообщение после звукового сигнала. Кстати, в продажу поступили новые японские вибраторы. Мы ждем вас у нас. Чао!». После сигнала Тимур произнес: «Добрый вечер, Павлина. Мне надо с тобой срочно поговорить. Позвони мне на мой мобильный. До свидания».

Он ждал ее звонка до полуночи. Не дождался. Не было звонка и на следующий день. Мобильник Павлины был по-прежнему отключен, домашний все приглашал в «Игривый хомячок». Тимур начал отчаиваться. К его великой радости вечером он застал по телефону дома Римму.

         - Риммулечка, привет, золотко! Это Тимур. Не в курсе, где Павла?

         - Привет, Тимурчик. Точно не могу сказать, но вчера Павла вроде говорила, что хотела сходить в солярий.

         - Зачем ей солярий? Что за глупости. На улице солнце жарит двадцать часов в сутки. Кто же сейчас ходит в солярий?

         - Павла пошла. Ей, понимаешь ли, интересно само ощущение. То есть захотелось узнать, как это загорать в солярии.

         - Тамара Ивановна мне вчера сказала, что вы с Павлой ходили на выступление «Камеди Клаба».

         - Представь себе, да. Кстати, ей все очень понравилось. Мы с ней даже повздорили немного. Представляешь, ей понравился Гарик Бульдог Харламов. Я ей говорю, что Харламов – это моя любовь, выбирай кого-нибудь другого. Но она уперлась и ни с места, Харламов – и все. Настырная до жути. Ну, ты ее знаешь.


Просмотров: 402 | Рейтинг: 0.0/0 | Добавить в закладки | Оставить отзыв

Поделись рассказом с другом:

Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Рассказ "Алле, гараж!" в журнале "Литературный Башкортостан" №32 г.Нью-Йорк
Рассказ "Лирическое отступление" в журнале "Наш семейный очаг" №12/13 г.Хабаровск
Рассказ "Cильная штука" в журнале "Литературный Башкортостан" №33 г.Нью-Йорк
Рассказ "Бремя славы" в журнале "Литературный Башкортостан" №34 г.Нью-Йорк
Рассказ "Счастье где-то рядом..." в журнале "Автограф" №8/9 г.Донецк
Рассказ "На рыбалке" в журнале "Литературный Башкортостан" №35 г.Нью-Йорк
Рассказ "Все просто" в журнале "Автограф" №10 г.Донецк



Счастье где-то рядом (часть 2)
Алле, гараж!..
Лирическое отступление (часть 2)
На рыбалке
Счастье где-то рядом (чать 1)



Литературный Каталог