Добавить в закладки Карта сайта RSS лента

Старый Новый год (часть 1)

        

                                                           Старый Новый год (часть 1)


          Дверь с шумом распахнулась, и в комнату ввалилась Снегурочка. За нею робко вошел Дед Мороз. 

         - С Новым Годом! С Новым счастьем! – как оглашенная начала орать Снегурочка – толстенная подвыпившая бабища лет пятидесяти, с клоунским макияжем на расплывшейся физиономии, с потекшей тушью со слипшихся коротеньких ресниц. Редкие крашенные в рыжий цвет волосенки торчали космами из-под голубой шапочки, расшитой блесками. Коротенькая плюшевая шубейка трещала по швам, не в силах сдержать рвущиеся наружу пышные телеса внучки Деда Мороза. Сам дедушка стеснительно улыбался молоденьким, похоже, еще ни разу не знавшим бритвы, нежным личиком пацаненка лет восемнадцати.

         В комнате началось оживление. Люди заулыбались, глядя на комическую пару.

         - Дед Мороз, ты подарки нам принес? – вопросил басом Иннокентий Борисович.

         - А как же! – визгливо завопила Снегурочка, - Какой Дед Мороз без подарков?! Рассказывай стих, будет тебе подарок!

         - Здравствуй, Дедушка Мороз, борода из ваты, - мгновенно начал Иннокентий Борисович.

         - …Я подарков не принес, денег не хватило. Так зачем же ты пришел, старое мудило? – под хохот коллег закончил свое стихотворение он. Снегурочка хохотала громче всех, потом бесцеремонно выхватила из рук Деда Мороза мешок, долго шарила в нем и вытащила резиновую аптекарскую грушу для клизм, которую торжественно вручила Иннокентию Борисовичу. Потом она одарила по очереди Лидию Антоновну презервативом со словами: «Чтобы в нужный момент было под рукой», Верочку пустышкой («Чтобы было чем заткнуть рот начальнику, если будет давать нагоняй»), вогнала в краску молодого специалиста Ваню Сафатова, торжественно вручив ему упаковку прокладок («Можно использовать как стельки, если обувь протекает») и так далее. Мне она подарила стеклянную подвеску в виде красного сердечка на веревочке, лаконично сопроводив подарок словами: «На счастье».

         Наконец, Дед Мороз и Снегурочка удалились в соседнюю комнату, откуда тут же послышался взрыв смеха.

         Мои коллеги, улыбаясь, оживленно комментировали подарки, похоже, их развеселила эта парочка. Неужели им всерьез понравилась эта клоунада, этот пошлый убогий юмор. А ведь не глупые люди. Чтобы не портить людям настроение и не видеть их довольных физиономий, я вышла из комнаты. Прошла на лестничную площадку, достала сигарету. Я редко курю в последнее время, пытаюсь бороться с этой вредной привычкой. Но сигарета помогает мне справиться с раздражением,  и я закурила. С удовольствием вдохнула в себя сигаретный дым и сразу начала успокаиваться. Что я, в самом деле? Новый год на носу, разве плохо, что у людей хорошее настроение? И не надо придираться к людям, как могут, так и поздравляют. Никто не виноват, что у меня плохое настроение и все видится в мрачном цвете. Как Каю, которому в сердце и в глаз попали льдинки. Где же та Герда, которая сумеет сделать так, что эти льдинки во мне растают? Еще лучше, если это будет Герд. Но никакого Герда не будет, я знаю это твердо. Может, потому и мрачно все. Кто виноват, что к тридцати девяти годам я одна как перст: ни мужа, ни детей, ни близкого человека, ни кошки, ни собаки. Подруг – и тех, раз, два и обчелся. Виноват только один человек – я сама.

         Ладно, хватит ныть. Я загасила о стену недокуренную сигарету, швырнула ее в урну. С минуту постояла, глядя в окно на голые и поэтому какие-то незащищенные и жалкие березки. На одной из веточек расположились два нахохлившись снегиря с румяными животами. С неба сыпал мелкий снежок, искрясь в блеклых лучах жиденького зимнего солнца. Послезавтра Новый год. А я совершенно не чувствую праздника и не готова к его встрече. Не закуплены продукты к праздничному столу, не куплена обнова, не решено еще, где я буду встречать праздник. В холодильнике нет даже шампанского. С другой стороны, раз нет настроения, то не стоит никуда переться. Посижу дома, посмотрю праздничную программу по телевизору. А какого фига накрывать стол для одной себя? Себе же лишняя забота. Я даже готовить ничего не буду. Пожарю яичницу или сварю манную кашу, запью чаем с лимоном и харэ. А что? В этом что-то есть, вот так встретить Новый год. Назовем это новое направление встречи новогодних праздников: «ЖОПЕЯ и будь счастлив!», что дословно расшифровывается: «Жри один под елкой яичницу и будь счастлив!». Да, совсем как в том анекдоте:

«- Доктор, а можно мне спать с открытой форточкой?

- Спите. Если больше не с кем».

         Смешно. Просто обхохочешься. Я оторвалась от окна и пошла в контору, к родным до оскомины физиономиям коллег. Одна радость: завтра отработаем последний рабочий день в этом году, и целых десять дней я их не буду видеть.

         Вечером, когда я с накрученными на влажные волосы бигудями в теплом байковом халате и шерстяных носках пила кофе с бутербродами, уютно устроившись с ногами в кресле перед телевизором, зазвонил телефон. Я в раздумье покосилась на аппарат, дребезжащий на журнальном столике. Столько раз давала себе слово, что со следующей зарплаты поменяю эту развалину на новенький телефон обязательно с определителем номера. Вот скажите на милость, как узнать, кто звонит мне сейчас. Если это Алька Николаева – трубку брать не стоит, перебьется. Если Галя – куда ни шло, можно и взять. Если Юлька – упаси меня бог от полуторачасового безпредметного трепа. Ну его на фиг, этот телефон. Телефон обиделся и замолчал. Впрочем, ненадолго. Едва я поставила пустую чашку на столик, как в ту же секунду он опять затренькал.

         -Алло, - без энтузиазма отозвалась я бесцветным голосом.

         - Томочка, привет, дорогая. С наступающим тебя!

         - Спасибо…  - пожала  я плечами, - И вас также.

         - Не узнала, - догадались на том конце провода, - Тамара, это я, Вероника.

         - …Кто? – ослабевшим голосом переспросила я, хотя уже прекрасно поняла, что этот особенный с хрипотцой голос может принадлежать только ей, моей в прошлом очень близкой подруге, и только за давностью лет я не узнала ее сразу. Боже мой, Вероника! Моя славная Ника! Голова моя закружилась. Чашка поплыла перед глазами. Я вдруг поймала себя на том, что что-то говорю по телефону. Вслушалась в свой голос и изумилась. Как будто ни в чем не бывало, я несла в трубку какую то светскую чушь типа «давненько мы не видались, как дела, что нового», и прочее. Я перебила саму себя.

         - Ника, ты как вдруг меня вспомнила? Сколько лет мы с тобой не общались? …Сколько-сколько?! Неужели восемнадцать? Не может быть!.. Ведь это целая жизнь!

         Да, действительно, восемнадцать. Мне тогда было двадцать один, ей столько же. Ее брату, Вениамину, двадцать три. Восемнадцать лет, с ума сойти можно! Как мгновенно они пролетели, лучшие годы. То есть, должны бы быть лучшими годами. Но пролетели они как-то бестолково, бездарно, не оставив в душе и в памяти яркого следа. В памяти как раз остались те несколько лет, что предшествовали этим восемнадцати годам. Когда мы были еще так дружны – я, Ника и Вениамин или Витамин, как дразнила его тогда она. А потом произошел внезапный разрыв, которому предшествовало такое неожиданное и некстати сделанное мне предложение Вениамина. Мой резкий, почти грубый отказ, внезапное исчезновение Вениамина из моей жизни и, как следствие, и Ники, которая оскорбилась за брата. Все это мгновенно вихрем пролетело в моей голове, я с трудом заставила себя сосредоточиться на словах Ники, доносящихся из трубки.

         - …Вот я и подумала: а почему бы нам не встретить Новый старый год вместе. Как в старые добрые времена. Как говориться, кто старое помянет, тому глаз вон.

         - Извини, я отвлеклась, задумалась. Кому это «нам»?

         - Здрасти, я ваша тетя! Я тут полчаса распинаюсь, а она задумалась! Нам – это мне, тебе и Венику.

         - Какому венику?

         - Ах ты, господи. Ты с годами, Тамар, явно хуже соображать стала. Забыла, что ли, что я так Вениамина называю. Это ты его Витамином кликала, а я Венькой или Веником.

         - …И что? …Насчет Нового года?

         - Не Нового, а Старого Нового. Я предлагаю всем нам собраться на Старый Новый год. Раньше не получиться. Веника нет в городе, он только тринадцатого приедет. Ты, наверное, не знаешь, но он уже много лет живет в Санкт-Петербурге, крутой дядька стал. Его бизнесменские дела никак не отпускают его раньше, чем тринадцатого. Так как? Что ему сказать, когда он позвонит? Он должен позвонить с минуты на минуту.

         - Скажи ему… Я даже не знаю…

         - Все ясно. Так и передам: Томка согласна встретить Старый Новый год втроем. Встреча назначается у меня дома вечером тринадцатого. Скажем, часиков в восемь. Это будет суббота, так что не переживай, на следующий день отоспишься. Бери в руки блокнот и ручку. …Как зачем? Адрес мой и номер телефона запишешь. Я ведь давно живу в своей квартире, а не с мамой. Веник подсобил, я сама в жизни бы на квартиру себе не заработала. Нет-нет, мужа нема. Был, да сплыл. …Куда, куда… Вот придешь, расскажу, это долгая история. Короче, пиши: улица Мичмана Павлова, дом 5, квартира 31. Ехать на седьмом автобусе или тринадцатом троллейбусе до остановки «Аллея Победы». От тебя можно еще на пятнадцатой маршрутке добраться. И не вздумай передумать. Если ты не приедешь, мы сами к тебе ввалимся. Ладно, пока. Через две недели увидимся. Еще раз с наступающим тебя. …Ага, спасибо. …Передам, передам твое поздравление Венику. До скорого.

         Я положила трубку на рычаг и с минуту сидела в прострации. Елы-палы! А я еще не верила, что под Новый год случаются чудеса! Вот оно, настоящее чудо – привет из счастливой яркой юности, воспоминания о которой я уже похоронила. Не в силах больше сидеть на месте, я вскочила и стала маршировать из угла в угол. Боже мой, через каких-нибудь две недели я увижу свою любимую Нику, свою тонкую, звонкую, заводную Нику! Увижу Вениамина – доброго, славного, надежного, своего в доску Витамина! А они … они увидят меня… Меня сразу как холодной водой окатили. Я подошла к трюмо, с неохотой и страхом подняла глаза на свое отражение. На меня смотрело странное существо неопределенных лет и неопределенного пола. Уставшее лицо, уставшие глаза под набрякшими покрасневшими веками, наметившиеся мешки под глазами, мелкие морщины в углах глаз, между бровей и на лбу. Волосы цвета пожилой мыши. Старый выцветший штопанный халат и разноцветные шерстяные носки от разных пар довершали образ. Ужас! Я даже глаза закрыла, чтобы не видеть этот кошмар. Немного успокоившись, я опять открыла глаза и вгляделась в свое отражение холодным взглядом стороннего наблюдателя. Ну, положим, халат и носки – дело поправимое: снял, выбросил и забыл. Волосы – тоже не смертельно: покрасить, подстричь, уложить в хорошей парикмахерской и все нормально. Но что делать с физиономией? Маску что ли одеть? А что, в Старый Новый год это будет кстати.

         Ну, что ж. Есть прекрасный выход из этой ситуации. Я просто не пойду никуда вечером тринадцатого. Останусь дома. «ЖОПЕЯ и будь счастлив!» Тогда они приедут сюда сами. И это будет еще большей катастрофой. Увидят не только меня в старом халате, но и всю мою убогую обстановку, обшарпанную мебель, вылинявшие шторы и потертые покрывала. Как она сказала: Вениамин стал крутым дядькой? Тогда ему все это очень должно понравиться. Нет-нет, только не это. Не открыть им дверь или убежать куда-нибудь из дома? Можно, конечно. Но это малодушие. Что-что, а малодушие и трусость никогда не были моей отличительной чертой. Напротив, я всегда, а в юности и молодости в особенности, отличалась и даже демонстративно подчеркивала свою прямоту и честность в отношениях между людьми. Бравировала даже этим, дурочка. Что ж, честность, так честность. Пусть видят мои морщины, мой тусклый взгляд, шершавую обветренную кожу, выпирающий дряблый животик. Я могу даже специально одеть свой убитый костюм жабьего цвета, в котором выгляжу как царевна-лягушка, когда она находилась в образе пресмыкающегося. У Витамина будет прекрасный повод лишний раз порадоваться тому обстоятельству, что восемнадцать лет назад ему так здорово повезло, и я не согласилась на его опрометчивое предложение. Я плюхнулась в кресло и вжав голову в плечи немного покуксилась. Жизнь моя – жестянка.

         - …Двадцать пять, двадцать шесть, двадцать семь, - я в полном изнеможении рухнула на палас. Руки-ноги дрожали, со лба градом струился пот. Час ночи. Все добропорядочные люди давно спят. А что делает уважаемая, Тамара Алексеевна? А ну-ка угадайте с трех раз? Ни фига не угадаете. Я качаю пресс. С непривычки мышцы живота страшно ноют. Боюсь, что завтра я не смогу ни встать, ни согнуться. Дурь это все, конечно. Перед смертью не надышишься. Что можно сделать за две недели? С другой стороны, за две недели можно успеть многое, если очень постараться. Вспомнить хотя бы шоу «Последний герой». Приезжают на остров все такие холеные, беленькие, пухленькие и уже через две недели их не узнать – поджарые, стройные, загорелые, в глазах голодный блеск. На какой остров мне уехать, чтобы через две недели вернуться обратно молодой и красивой. Ладно, хватит трепаться. Дело делать надо.

         - …Двадцать восемь, двадцать девять, тридцать…

 

         Когда затарахтел будильник я шевельнулась и тут же заохала. Все тело ныло, каждая мышца стонала и давала о себе знать. Кряхтя и проклиная все на свете я поплелась в ванную. Из зеркала на меня глянула лохматая страшноватенькая тетя с кругами под глазами.

         - Ну ты и дура! - сказала мне тетя и покрутила пальцем у виска.

         - Сама такая, - огрызнулась я и плеснула себе в лицо ледяной водой.

На завтрак я выпила чай с одной ложкой сахара против обычных четырех с поджаренным в тостере куском черного хлеба. Что ж, на острове и этого нет. Я съела свой скудный завтрак, сполоснула бокал. Пора на работу. Последний рабочий день в этом году.

         Завод, где я работаю, в двадцати пяти минутах хотьбы от моего дома, поэтому я редко пользуюсь общественным транспортом, чтобы добраться до работы. Только если проливной дождь или мороз. Я плохо переношу холод. Но сегодня не по зимнему тепло, около ноля градусов, поэтому я одела не зимнее пальто и меховую шапку, а куртку и кепку. Погода – чудо, моя любимая зимняя погода. Тепло, тихо, пасмурно. Я неторопливо иду, засунув руки в карман куртки. Думаю о вчерашнем звонке. Теперь на ближайшие две недели все мои мысли будут крутиться только вокруг предстоящей встречи. А о чем еще думать одинокой стареющей женщине. Не знаю, что она принесет мне, эта встреча. Может быть, огорчение, боль, наверняка, унижение, но она состоится. Я так решила. Не стоит уподобляться страусу, прячущему голову в песок. Что есть, то есть. Интересно будет узнать, как сложилась жизнь Ники и Вениамина. Из разговора проскользнуло, что у Ники, похоже, тоже не все получилось. Мужа нет, то есть был, а теперь его нет. Видимо, разбежались. Не спросила про детей. Есть или нет. Ладно, скоро все узнаю. А вот о Вениамине она ничего не сказала, кроме того, что он живет в Санкт-Петербурге и стал крутым бизнесменом. Даже помог сестре купить квартиру. Наверняка и в личной жизни все в ажуре. Такие дяди редко остаются в одиночестве. Наверняка, молодая и эффектная жена, какая-нибудь топ-модель с двухметровыми ногами. Пара прелестных детишек, загородный дом и вилла на море, куда едут отдыхать всей семьей каждое лето. Кругленький счет в банке, крутая тачка. Что ж, прекрасно. Я искренне порадуюсь за него. Так и скажу ему: «Молодец, Вениамин. Я очень рада за тебя». Главное, сказать это не жалобным тоном с завистливыми нотками в голосе, а твердо и искренне, глядя ему прямо в глаза.

         На работе атмосфера была явно не рабочая. Все дамы за единственным исключением (угадайте, кто?) были в обновах, в эластичных колготках, сапоги и ботиночки сменили туфли на высоком каблуке. Красивые прически украшены блестками и мишурой. Валя и Ирина наряжали маленькую пластмассовую елочку, неведомо откуда появившуюся на свободном в виду болезни сотрудника столе. На подоконнике стояли две коробки торта. Мужчины все без исключения в парадных костюмах тоже оживленные и праздничные. По заводскому радио не переставая звучали популярные песни. В обед в фойе были устроены танцы. Но я не пошла в фойе. Я в глубокой задумчивости в полном одиночестве сидела за своим рабочим столом и все думала свои думы. Картины далекого прошлого вдруг свежо и отчетливо захлестнули меня. Перед глазами стоял тот далекий и близкий Новый год двадцатилетней давности. Нам с Никой по девятнадцать. Мы студентки третьего курса экономического факультета собираемся на новогодний бал в институт. Ника в модном платье из дымчатого шифона, с блестящими черными волосами, завитыми в длинные спирали, спускающими вдоль тонкого лица с прозрачно-матовой, словно светящейся изнутри, кожей. Ее тонкая талия туго затянута пояском, отчего кажется, что она вот-вот переломиться пополам. На ногах туфли с ремешком на высоком каблуке. В луках лаковая сумочка.

         - Ты что, собралась идти по морозу в этих капроновых колготках? – строго выговариваю я ей, - Не выдумывай, одевай сверху гамаши. Снимем потом в туалете. А туфли положи в сумку. Переобуемся тоже в туалете.

         Рядом крутится Вениамин. Его доброе круглое лицо постоянно расплывается в широкой улыбке. Близорукие глаза щурятся сквозь очки. На нем серый костюм, который сидит несколько мешковато, как впрочем все, что он носит. Как он сам признался однажды, он не любит, чтобы одежда сковывала движения и поэтому покупает все «на вырост». Анна Дмитриевна, мама Ники и Вениамина, провожает нас до дверей, желает нам хорошо повеселиться и еще долго смотрит нам вслед из окна, когда впереди мы с Никой гордо маршируем по дороге, а сзади как верный паж неизменно сопровождает нас Вениамин.

Просмотров: 407 | Рейтинг: 0.0/0 | Добавить в закладки | Оставить отзыв

Поделись рассказом с другом:

Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Рассказ "Алле, гараж!" в журнале "Литературный Башкортостан" №32 г.Нью-Йорк
Рассказ "Лирическое отступление" в журнале "Наш семейный очаг" №12/13 г.Хабаровск
Рассказ "Cильная штука" в журнале "Литературный Башкортостан" №33 г.Нью-Йорк
Рассказ "Бремя славы" в журнале "Литературный Башкортостан" №34 г.Нью-Йорк
Рассказ "Счастье где-то рядом..." в журнале "Автограф" №8/9 г.Донецк
Рассказ "На рыбалке" в журнале "Литературный Башкортостан" №35 г.Нью-Йорк
Рассказ "Все просто" в журнале "Автограф" №10 г.Донецк



Счастье где-то рядом (часть 2)
Лирическое отступление (часть 2)
На рыбалке
Еще раз о любви (часть 1)
Счастье где-то рядом (чать 1)



Литературный Каталог