Добавить в закладки Карта сайта RSS лента

Пикник (часть 2)


                                                           Пикник (часть 2)


«Ах!» - ахнула Мира и засмеялась счастливым звонким смехом. Ее черные бездонные глаза засветились фиолетовыми, синими и зелеными отблесками, как перо жар птицы. Черные брови взлетели как крылья ласточки, на смуглых щеках заиграл румянец. Дамир в свою очередь тоже широко улыбнулся, любуясь своей женой. Тетя Маша всей грудью вдыхала воздух, вобравший в себя ароматы первых цветов и запах проснувшейся земли. Валера пошел к речке, присел, подставил ладонь под струю чистейшей воды. «Ух, холодная, зараза», - отдернул он руку и тут же сунул ее опять в воду, жмурясь, кряхтя и ухая. Потом зачерпнул ладонями полную пригоршню воды и окатил себя с макушки. Вскочил и долго тряс головой, только брызги летели в стороны, аж радуга в волосах мелькнула. «Класс!!» - выдохнул.

Все разбрелись по полянке. Лера в кустах искала обещанные подснежники. Рита вертела головой в поисках птиц, чьи голоса лились отовсюду, но самих птах видно не было. Дамир и Мира исчезли в неизвестном направлении. Валера, раздевшись по пояс, принимал водные процедуры, зачерпывая пригоршнями воду, кидая ее на себя и ухая при этом, как старый филин. Остальные просто грелись на теплом весеннем солнце.

Тем временем, Петя принес из автобуса старую скатерть, которую складывая в несколько раз, стелил на водительское сиденье для мягкости. Расстелил ее прямо на траве. Рита принесла из автобуса большущий пакет с пирожками и ватрушками, горой выложила их на газету. Баба Нюра выгрузила на скатерть содержимое своей сумки: полуторалитровая пластиковая бутылка молока, лук, два десятка яичек. «Угощайтесь, лучок надо помыть, вот только яички сырые». Валера подхватил пакет с луком, поручил Лере вымыть его в реке. «Ничего, баб Нюр, мы твои яйца в костре испечем, как картошку. Вот, помню, когда пацаном был, мы с друганами так яйца и пекли. Они еще вкуснее получаются, с душком. Давай, Иваныч и ты Борька, жмите за хворостом. Да смотрите, сырые ветки не несите. Тут сушняк требуется».

Вскоре усилиями Валеры задымил костер. Петя откопал где-то из-под заднего сиденья автобуса старое мятое жестяное ведро, долго драил его с песком, потом черпнул речной воды и подвесил его над костром на перекладине, уложенной меж двух рогатин, что быстро смастерил Валера. «А я там родник видел, - сообщил Борька, - давайте лучше родниковую воду вскипятим». Сняли ведро с костра, вылили речную воду и командировали младшего сержанта с Борькой за родниковой водой. Тем временем Валера пек яйца в углях, а Лера пошла наломать веток смородины для чая.

Через полчаса стол был готов: горой лежали пирожки с ватрушками, в центре красовались зеленые перья лука, бутылка молока, печеные яйца дополняли композицию. Чай уже закипал, благоухая смородиной. Долго аукали Дамира и Миру. Они пришли тихие и чем-то смущенные. Наконец, расселись за «стол». С аппетитом накинулись на еду, уминая за милу душу бабы Нюрины и Ритины запасы, которые таяли на глазах.

-        Вкуснотища, хоть и без соли, - с полным ртом заявил Валера.

-        Соль – это белая смерть, - напомнил угрюмый пассажир.

-        Смерть, то смерть. Но без соли еда - не еда. Сахар – тоже белая смерть, но вот чай без сахара – это не чай, а душистая водичка. К примеру, водка – тоже отрава, но без бутылки стол – не стол, а компания, не компания.

-        У меня есть, - подала голос Лера.

-        Чего есть? – все повернули к ней голову.

-        Бутылка. Но не водки, а коньяка. Я на всякий случай взяла для доцента Перышкина.

-        И до сих пор молчала?! – возмущению Валеры не было предела, - Тарань сюда!

Лера принесла из автобуса бутылку коньяка. Валера угольком сделал отметки содержимого, чтобы на всех хватило, отливал порцию в единственный стакан, который пустили по кругу.

Баба Нюра, придвинувшись к Лере, тихонько спросила: «Это про какого доцента Перышкина ты сейчас упомянула?»

- Который в пединституте философию преподает. Он мне в зимнюю сессию зачет не поставил, а теперь меня к экзаменам не допустят. Вредный мужик, просто ужас! А на фига мне эта самая философия, если я на дошкольного воспитателя учусь, а? Что я малышам философию буду впаривать?

-        Доцента то не Львом Львовичем кличут?

-        А вы откуда знаете, баб Нюр? – удивилась Лера.

-        Так тож мой внук. Ты, девка, не переживай, я Левке скажу, он тебе мигом зачет поставит. А коньяк ты все равно зря везла, он ведь не пьющий, Левка то.

Разрумянившаяся после коньяка Лера улыбалась: проблема, тяготившая ее  четыре месяца, похоже, разрешается сама собой.

«Гори, гори, моя звезда! Звезда любви, звезда надежды!  Умру ли я, ты над могилою, гори, гори, моя звезда!» - запел неожиданно приятным баритоном угрюмый пассажир. Впрочем, он теперь не был угрюмым. Наоборот, на его губах играла застенчивая улыбка, которую он пытался спрятать под маской привычной угрюмости, но маска все сползала с лица, являя окружающему миру доброе простодушное лицо, подсвеченное улыбкой.

-        Как тебя кличут, милок? – спросила баба Катя, когда он закончил петь.

-        Вася, - застеснялся бывший угрюмый, а теперь вовсе не угрюмый гражданин.

-        В филармонии наверное работаешь, Василий? – поинтересовался Валера.

-        Я, между прочим, генеральный директор ООО «Ремстроймонтажтехника»! - опять набычился гражданин.

-        Так это ты, зараза, меня на работу вчера не принял? – нахмурился Валера и обращаясь к присутствующим, - Нашел наконец то работу по душе. Все по мне – и работа, и зарплата, и коллектив, и от дома недалеко, стал оформляться и тут – бац! - господин директор не утвердил. Видите ли, моя биография не устраивает. То, что много мест работы поменял его, понимаете, смутило. А может, потому и поменял, что искал работу по душе. Ты сначала человека в деле проверь, а потом на него этикетку наклеивай. Так? Или не согласны, генеральный директор Вася?

-        Не согласен. Если человек с руками и головой он на любой работе будет к месту.

-        А я и был на всех местах, где работал, к месту. Вот только места эти были не по мне. А ты то сам на месте? Может, твое место в филармонии или вот, к примеру, баранку крутить, как Петр, а? Присосался, небось, как пиявка в креслу начальника, морду кирпичом соорудил для поддержания имиджа, и плюешь на остальных. А надо бы разобраться сначала, на своем ли месте сам сидишь?

-        Не ссорьтесь мальчики, -  сказала примирительно тетя Маша, - лучше принюхайтесь – какой божественный аромат!

         Все действительно учуяли запах цветущей черемухи. Видимо, ветер сменил свое направление.

         - Ах! – сказала Лера, - Какое чудо! Так, должно быть, пахнет только в раю!

         - Ах! – повторила за ней вслед Мира.

         - Эх, – слабым эхом отозвался Дамир.

         - Ух! Здорово! – подытожил Валера, - Музыки только не хватает.

         - Так я … это… мигом, - сорвался с места Борька и уже через десять секунд примчался от автобуса со своей новенькой семиструнной гитарой, - Во!

         - Ну, сбацай чего-нибудь нам на своей балалайке, - предложил Валера.

         Борьку дважды упрашивать не надо было, он тут же начал отчаянно рвать струны и завопил истошно-надрывным голосом, каким вопят по ночам коты на крышах. Слов было не разобрать, мотива тоже, ясно было только то, что мальчишка поет всей своей еще неокрепшей душой, что имеется в его щуплом угловатом теле. Тетя Маша с круглившимися от ужаса глазами качала головой, приложив ладони к щекам. Лера, Рита и Мира заткнули уши пальцами. Иван Иванович, усмехаясь, снисходительно посмеивался. Валера нахмурился и, наконец, не выдержав, положил ладонь на струны:

         - Нет, парень, так не пойдет. Ты выдай нам чего подушевнее. Чтобы мы тоже смогли тебя поддержать.

         Выяснилось, что песня, которую знали все присутствующие, была только одна.

         - В лесу родилась елочка, в лесу она росла…, - запели нестройно, но дружно.

         Может, по времени года и совсем неподходяще, но по ощущению – самое то. Потом по просьбе присутствующих директор Вася спел романс: «Я вас любил, любовь еще, быть может…». И еще на бис: «Белеет парус одинокий». Петя принес автомагнитолу, врубил и началась дискотека. Каждый тряс ногами, руками и остальными частями тела как умел. Сержант, которого, как выяснилось, звали старомодным именем Тимофей, которого он немного стеснялся, оказался великолепным танцором. Студента Лера составила ему прекрасную пару, и они танцевали вместе уже третий танец подряд. Дамир не отходил ни на шаг от своей прелестной супруги и никто не решался покусится пригласить ее на танец, глядя на его решительный вид. Тетя Маша танцевала с Иван Иванычем. Директор Вася выписывал кренделя вокруг Валеры.  Борька выделывал коленца в обнимку со своей подружкой-гитарой. Петя чинно обнимал Лилю. Не танцевали только баба Нюра, да буравчатый гражданин. Становилось все веселее. Вдруг Лиля с лихим отчаяньем воскликнула: «Эх, была, не была! Или сейчас, или никогда!». Скинула с себя казенную сумку, в которой жалко побрякивала горсть монет – вся ее сегодняшняя выручка, стянула уродующую ее болоньевую куртку, подоткнула подол длинной юбки и грациозной походкой супермодели пошла к автобусу. Взошла через заднюю дверь и к приятному изумлению остальных станцевала довольно профессионально танец вокруг шеста, роль которого исполнил поручень на задней площадке. Раздался такой оглушающий гром аплодисментов, что раскрасневшейся Лиле пришлось повторить свой танец еще дважды на бис. И все вдруг увидели, что злющая уродливая кондукторша превратилась в прелестную красавицу с сияющим взором, достойную кисти Крамского или Тициана. Подхватив эстафету Лили, баба Нюра сплясала боярыню под вокальный аккомпонемент директора Васи. Валера от избытка чувств прошелся по поляне колесом. Рита, когда-то в детстве посещавшая школу бальных танцев, так реалистично станцевала танец умирающего лебедя, что баба Нюра даже прослезилась. Лера с выражением прочла стихи Заболоцкого и Есенина.

         - А ты, мил человек, чего все больше в сторонке сидишь? – спросила буравчатого гражданина баба Нюра.

         - А и впрямь, - накинулись на него остальные, - не пляшете, не поете, стихов не читаете. Может, анекдот какой расскажите нам? В чем ваши таланты, уважаемый? Кто вы по профессии?

         Буравчатый гражданин улыбнулся своей непонятной блуждающей улыбкой, обвел всех присутствующих буравчатым взглядом.

         - Я – хиромант, парапсихолог, уфолог, исследователь разных таинственных явлений.

         - Хиромант – это который по ладони гадает? – потребовала разъяснений Лера.

         - Гадают гадалки, а я по линиям и знакам на ладони определяю будущее, настоящее и прошлое человека, - уточнил буравчатый гражданин.

         - Ой, а погадайте мне, то есть определите мое будущее, - попросила Лера и протянула свою узкую ладонь. Буравчатый впился в Лерину ладонь взглядом, достал из нагрудного кармана лупу и долго водил ею над ладонью девушки.

         - Проживешь больше восьмидесяти лет. Точнее не скажу, нельзя говорить человеку, когда придет его конец. Мучившая тебя в последнее время проблема завтра же разрешится наилучшим образом. Получишь высшее образование, но оно тебе не пригодится, так как выйдешь скоро замуж за военного и будешь с ним всю жизнь мотаться по гарнизонам. Замужество будет счастливое, трое детей, хороший муж.

         - А я, а мне, - сунула под нос буравчатому свою ладонь Рита.

         - О-о-о-о! Нечто весьма любопытное зрею! – оживился буравчатый, - Так, так, так! О-о-о-о! М-м-м-м! Вот это да, вот это так! Впервые такое вижу!

         - Да что видите то? – не выдержала заинтригованная Рита.

         - А вижу я вот что. Вам, мадам, предстоит выйти скоро замуж, но не просто замуж, а замуж за иноземного принца. Про принца я не для красного словца сказал, ваш будущий избранник будет действительно королевских кровей. А богатый!.. Просто жуть, такой богатый! В замках жить будете, мадам, на золоте есть, пить. 

         - Ну и врать, - рассмеялся Иван Иванович, - голову девке чепухой забьешь, а она поверит и будет ждать принца.

         - Почему же врать? Я, между прочим, дала свою анкету в интернет в сайт зарубежного знакомства и мне, между прочим, многие ответили. И, между прочим, есть среди них некто принц Альберт из одного небольшого европейского государства. И я, между прочим, хоть и не поверила ни сколько, но, на всякий случай, ответила ему. И он, между прочим, написал мне тоже. И, между прочим, скоро должен приехать ко мне на личную встречу. И я, между прочим, на всякий случай усиленно изучаю английский, вот даже сейчас в сумке англо-русский словарь. Только мне не верилось все, думала розыгрыш, чья то неумная шутка, а оказывается взаправду. Ой, что же будет то?!

         - Будет все отлично, я же сказал. Так что учите, Рита, усиленно английский и дальше.

         - Дядь, ты мне только одно скажи, - просунул из-за спин свою ладонь и тряс ею Борька, - рок-музыкант выйдет из меня?

         - Нет, Боря, музыкант из тебя как из меня топ-модель. Но автомеханик из тебя выйдет классный. Свою автомастерскую со временем заведешь, и к тебе всегда будет очередь. А на гитаре будешь бренчать в свободное время, так сказать, для души. Ну, кто еще хочет знать свое будущее?

         Больше никто не захотел. Баба Нюра сказала, что это грех – узнавать свое будущее, что будущего никто знать не может, окроме господа нашего. Дамир и Мира и так знали, что у них все будет замечательно. Валера тоже отмахнулся, сказал, что ему бы только работу найти, а там он развернется.

         - Вот вы сказали – уфолог. А что это такое конкретно? – потребовал уточнения директор Вася.

         - Изучаю различные явления НЛО, встречаюсь с очевидцами и контактерами с инопланетянами. Сам был дважды очевидцем этого неизученного явления.

         - Как?! Вы общались с инопланетянами? – поразился Тимофей. Все остальные тоже рты пооткрывали.

         - Ну, это, пожалуй, громко сказано. Но я действительно дважды в своей жизни видел летательный аппарат, явно не человеческого производства, но в то же время явно искусственного происхождения. Представляете: летит огромный треугольник, соизмеримый с теннисным кортом, а по периметру у него поочередно мигают красные и зеленые огоньки. И летит совершенно бесшумно, то есть абсолютно не слышно ни рева моторов, ни шума двигателя. А летит низко, едва верхушек деревьев не касается. Вот что это может быть? Молчите? То-то же, и никто на этот вопрос в настоящее время ответить не может. А вторично я видел даже не НЛО, а светящиеся шарики, похожие на шаровые молнии, которые хаотично носились в ночи над пшеничным полем, а наутро на поле оказались изображения кругов разной окружности из полегшей пшеницы. Явление давно известное, но до сих пор необъясненное.

         - Это чего, - встряла баба Нюра, - вот у нас в деревне, когда я еще девчонкой была, каждую ночь за печкой стучал кто-то. Тук-тук, а потом опять: тук, тук, тук-тук. И так пол зимы, пока из соседней деревни знающего старичка не пригласили. Так он куколку из соломы смастерил, лоскутками украсил и под печь сунул. С тех пор и замолчало. Вот это чудо.

         - Это явление полтергейста. У меня дома тоже домовой живет, и мы с ним прекрасно ладим. Я с ним даже советуюсь, общаюсь при помощи двух деревянных палочек. Вот так скрещу концами и задаю вопрос домовому. Если скрещенные концы поднимутся вверх – это означает «да» на мой вопрос, а если опустятся вниз, то это «нет».

         - Ерунда! – отмахнулся директор Вася, - Фигнистика. Чушь все это – домовые, НЛО и разные полтергейсты. Я лично верю только в порядок и научный прогресс.

         - А я верю только в любовь, - сказала Лера и покраснела от смущения.

         - И я, - поддакнула Рита.

         - И я тоже, - серьезно подхватил Тимофей, - в любовь с первого взгляда и в наши доблестные вооруженные силы.

         - А я мы верим в семью. Хорошая семья – хорошее общество, правда, Мир?

         - А я верю в наших людей. По-моему, нет ничего лучше нашего российского народа, - тихо и торжественно сказал Валера. И все остальные промолчали, потому что после таких слов уже нечего было сказать.

 

Борька опять замурлыкал над своей семиструнной. На этот раз вполне внятное и приятное слуху и душе: «Давайте говорить друг другу комплименты, ведь это все любви счастливые моменты». И все вдруг подхватили негромко, но с чувством.  И над поляной поплыло: «Давайте жить во всем, друг другу потакая, тем более, что жизнь короткая такая». Валерий пел обнявшись с директором Васей. Мира пела, тесно прижавшись к своему мужу Дамиру. Лерина ладонь покоилась в надежной руке младшего сержанта Тимофея. Рита пела с загадочной улыбкой на лице, и было видно, что мысли ее далеко-далеко от этой полянки. Тетя Маша и Иван Иваныч с удовольствием подпевали, одобрительно поглядывая на остальных. Баба Нюра и буравчатый хиромант-уфолог пели на два голоса и у них это отлично получалось. Лиля вдохновенно пела красивым сильным  контральто, глаза ее светились внутренним светом, и ничто уже в ней не выдавало недавнюю злющую кондукторшу.

Петя пел с широкой улыбкой на лице, он оглядывал сияющим взором своих пассажиров, и на этот раз ему все очень-очень в них нравилось.

 

 

 

 

 

 

Просмотров: 374 | Рейтинг: 0.0/0 | Добавить в закладки | Оставить отзыв

Поделись рассказом с другом:

Всего комментариев: 1
1 Batuhan   (17.02.2012 21:20)
A rloinlg stone is worth two in the bush, thanks to this article.

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Рассказ "Алле, гараж!" в журнале "Литературный Башкортостан" №32 г.Нью-Йорк
Рассказ "Лирическое отступление" в журнале "Наш семейный очаг" №12/13 г.Хабаровск
Рассказ "Cильная штука" в журнале "Литературный Башкортостан" №33 г.Нью-Йорк
Рассказ "Бремя славы" в журнале "Литературный Башкортостан" №34 г.Нью-Йорк
Рассказ "Счастье где-то рядом..." в журнале "Автограф" №8/9 г.Донецк
Рассказ "На рыбалке" в журнале "Литературный Башкортостан" №35 г.Нью-Йорк
Рассказ "Все просто" в журнале "Автограф" №10 г.Донецк



Счастье где-то рядом (часть 2)
Лирическое отступление (часть 2)
На рыбалке
Еще раз о любви (часть 1)
Счастье где-то рядом (чать 1)



Литературный Каталог