Добавить в закладки Карта сайта RSS лента

Еще раз о любви (часть 2)


                                                         Еще раз о любви 

                                                         Любовный роман.

                                                                Часть 2.


Вячеслав Вадимович кивком головы отпустил Веру Аркадьевну. Открыл личное дело Светы Гурьевой. На всех людей, работающих в доме, на фирме и в компании, он имел такое личное дело. Как говорится, нелишне знать, кто живет и работает рядом с тобой, тем более, в твоем доме. На него глянула с фотографии Света. Ей не дать ее двадцати лет. В тот день, когда он ее сшиб машиной, ему показалось, что он наехал на школьницу, подростка. Лицо на фотографии серьезное, глаза большие, серые, волосы светлые, чуть вьются, собраны в хвостик. (Он как-то спросил ее, откуда она берет эти черные резинки для хвоста, и она охотно пояснила, что их у нее много, она нарезала их от старой дырявой велосипедной камеры.) Окончила среднюю школу в городе Ленинске, затем сразу же поступила учиться в педагогическое училище и закончила его с отличием. Проработала несколько месяцев нянечкой в детском саду, откуда была уволена в связи с закрытием оного. Три месяца была безработной, потом уехала в Москву. Не пьет, не курит, на учете в милиции не состоит. Родители погибли пять лет назад. Автобус, в котором они ехали, сорвался в обрыв. Есть старшая сестра Валентина, которая имеет двух малолетних сыновей и состоит в гражданском браке с неким Кузьминым, уже три года не живущим с семьей. Проживают по адресу: г.Ленинск, улица 7-ой пятилетки, дом 9, комната 22. Сестра работает на лакокрасочном заводе, племянники посещают детский сад. Все, больше никакой информации. Что ж, пусть работает пока, время покажет, что она из себя представляет. Он расписался в договоре и положил его в папку.

 

В первых числах июня из Санкт-Петербурга приехал погостить племянник хозяина Мишка. С единственной сестрой у Вячеслава Вадимовича отношения были, мягко говоря, не очень теплыми, но племянника он искренне любил. Мишка закончил шестой класс почти ударником, как говорил он сам. Тройка по алгебре не в счет, так как он ведь не виноват, что математичка у них в гимназии полная дура и истеричка. Он заметно вытянулся с зимних каникул, когда в последний раз гостил в доме дяди. Это был крепкий спортивного вида подросток, смуглый в отца, с черными смоляными вихрами, самовольно завивающимися в крупные кольца, чем доставляли своему хозяину большое огорчение. Мишка пытался их выпрямлять с помощью разных гелей или ножниц, но это давало только кратковременный эффект. Его с вокзала привез на машине Сергей. Был Мишка в приподнятом настроении, так как впереди было целое огромное лето, наполненное отдыхом и развлечениями. А самое главное, он целых три месяца не будет видеть так горячо не любимую им психичку - алгебраичку. В доме все любили и, как могли, баловали мальчишку. Для него специально держали велосипед, ракетки для бадминтона, скейтборд и ролики. Была сделана около дома и бетонированная дорожка, на которой он гонял на роликах и скейтборде.

Вечером первого же дня, как прибыл племянник, Вячеслав Вадимович наблюдал из окна забавную картину, как Мишка носился на роликах по очереди со Светой. Они вообще как-то моментально нашли общий язык. Играли вдвоем в бадминтон, гоняли между кустов мяч, в выходной Сергей отвез их в парк имени Горького покататься на каруселях. Причем, Мишка был на правах опекающего и с видом бывалого человека снисходительно учил провинциалку тонкостям столичной жизни.  Света была способной ученицей и моментально научилась кататься на роликах и скейтборде, пользоваться мобильным телефоном, гонять на машине в компьютерных гонках, иногда даже выигрывая у своего учителя. Она так бурно радовалась, когда ей это удавалось, что Мишка время от времени ей поддавался. Света освоила с помощью Мишки и ставшую в последнее время  очень популярной в России игру гольф. В гольф Мишка научился играть в гимназии. Это была весьма продвинутая гимназия, где обучались дети знатных и состоятельных петербуржцев, которым стараниями тщательно подобранного состава преподавателей с молодых ногтей прививались хорошие манеры, давались основательные знания и которых, к тому же, обучали тем навыкам, что могли пригодиться в их будущей жизни, в частности, умению играть в теннис и гольф. Иногда втихаря, чтобы их не засекла Вера Артемьевна, они играли в саду в беседке в карты, чему Свету научил опять таки Мишка. А вот игре в шахматы Мишку обучила Света. Оказывается, она три года в школе ходила в шахматный кружок и даже однажды выиграла школьный шахматный турнир. Но больше всего Мишка любил слушать Светкины рассказы, когда они усаживались вечером или в холле, если там никто им не мешал, или в Светкиной комнате, или в саду на гамаке. Открыв рот, он слушал ее рассказы о Шорлоке Холмсе, детективы Агаты Кристи и Дарьи Донцовой, приключения Алисы в Стране чудес, фантастические романы Стругацких. Она так интересно рассказывала, что Мишка готов был не отрываясь слушать ее часами. Глядя со стороны можно было подумать, что это брат и сестра.

- Я смотрю, вы со Светой крепко подружились? - спросил как-то  племянника Вячеслав Вадимович.

- Она классная девчонка, - с чувством ответил Мишка, - если бы я был взрослым, то обязательно бы на ней женился. Дядя Слава, женись на ней. Клевая будет жена.

Вячеслав Вадимович удивленно хмыкнул: ну и мысли у шибзика. Лежа в постели перед сном, он неожиданно вспомнил Мишкины слова и задумался. Ни разу он не посмотрел на Свету в таком ракурсе. Была она в его понятии зеленой наивной пацанкой. Он попытался представить ее рядом с собой в ресторане в вечернем туалете и усмехнулся. Тогда ей непременно нужно надеть длинное платье, чтобы не было видно ссадин на коленках, которые она постоянно зарабатывает себе при катании на роликах или игре в футбол. И уговорить ее, наконец-то, отказаться от черных резинок от велосипедной камеры и от привычки грызть ногти и сосать леденцы. Впрочем, если ее приодеть, навести макияж, сделать маникюр и стильную стрижку, дать несколько уроков этикета, то она может выглядеть вполне прилично. Только он не педофил и никогда не имел склонности к невинным Лолитам. Ему больше импонируют зрелые женщины, которые понимают что к чему. Впрочем, ей уже двадцать лет. Как говорится, вполне созрела. Может быть, и созрела физически, но по нравственному развитию она еще находится на уровне Мишки. Нет, она совсем не глупа, но наивна, что ли. Впрочем, что об этом думать. Пора, видно, навестить Мариночку или Юлю, а то его уже на нимфеток скоро потянет. Бизнес бизнесом, но временами природа берет свое. Он сладко потянулся, зевнул, перевернулся на бок и скоро заснул. Снилась ему Света, катающаяся в длинном вечернем искрящемся платье на роликах. Сзади нее красиво развевался шлейф платья, а розовые страусиные перья на голове плавно качались в такт ее движениям…

 

По делам фирмы Вячеслав Вадимович вылетел недели на две в Италию. Если в Москве было жарко, но в Неаполе стояло просто пекло, на фоне чего московская погода вспоминалась прохладным раем. В номере гостиницы, где он остановился, конечно, был кондиционер, и самое жаркое время дня Вячеслав Вадимович вынужден был проводить в своем номере. По заведенной несколько лет назад привычке около восьми часов ежевечерне перед уходом домой Вера Аркадьевна докладывала ему о состоянии дел прожитого дня: лично – если он был в это время дома, по телефону – если он отсутствовал.

Он позвонил сам.

- Добрый вечер, Вера Аркадьевна. Как там наши дела?

- Добрый вечер, Вячеслав Вадимович. Слава богу, все в порядке. Никаких происшествий, обычный день. Из хороших новостей – на улице, наконец-то, идет долгожданный дождь. А то Лев Аронович весь испереживался за сад и за цветы. Как он их не увлажняет, как не оберегает, а все живое никнет под этим зноем. Сейчас старик просто ожил на глазах вместе с садом.

- Что ж, я рад за него. Как там Мишка? Чем занимается?

- Алгеброй.

- Чем-чем?!

- Света уговорила его позаниматься по алгебре. Он сначала брыкался, отнекивался, а потом как-то увлекся. Не зря, видно, она закончила педучилище, у нее явно педагогические задатки. Я даже освободила ее от некоторых обязанностей по дому, чтобы у нее было больше времени для занятий. Мишка говорит: «Утру нос алгебраичке. У нее глаза на лоб выскочат, когда я с ходу любую задачку ей решу шутя».

- Что ж, пусть дерзает. Грызть гранит науки никогда и никому не было во вред. Послезавтра приеду. Доброй ночи.

- До свидания.

Молодец девчонка. Легче его, Вячеслава Вадимовича, уговорить заниматься балетом, чем Мишку алгеброй. Ай, молодец! Привезти ей что ли сувенир какой?..

 

Света все больше и больше сживалась с новым местом обитания, с людьми, живущими и работающими в доме. Как все же ей повезло, что так сложилось, что она попала именно сюда, где ей все так нравится, все так по душе. Как-то она поделилась с Галей своими мыслями, и Галя поддержала ее.

- Тебе действительно повезло. Я ведь несколько мест переменила, прежде чем сюда попала. В одном доме батрачить приходилось с раннего утра до ночи, а платили сущие копейки. Я тогда с хронического недосыпа на ходу спотыкалась. В другом доме хозяйка стервущая попалась, чуть что не по ней, руки распускала. Один раз меня так скалкой огрела за то, что молоко убежало, что из глаз искры посыпались. Рентген показал, что у меня вот здесь трещина кости была. Ушла оттуда. В другом доме хозяин очень уж любвеобильный попался, ни одной юбки не пропустит, еле от него отбилась. Так он за то, что несговорчивая оказалась, мигом меня вышвырнул. Из четвертого дома на Рублевке я через две недели сама сбежала, хоть и хорошие деньги платили. Какие-то ненормальные хозяева попались, черной магией, оккультизмом, спиритизмом, колдовством и ее черт знает чем увлекались. Представляешь, у них дома на столе человеческий череп стоит, на стенах какие-то кости и странные маски развешаны, в террариуме настоящая гадюка и огромные черные тарантулы ползают, в саду днем лемуры прыгают, а ночью койоты бегают. Ужас! Я по ночам спать не могла, все казалось, что под кроватью змея шуршит, в саду койоты воют, и всюду тарантулы мерещились. Б-р-р-р! А здесь я себя как дома чувствую. Вера Аркадьевна хоть и строгая, но справедливая, с ней всегда договориться можно.

- А у тебя семья есть?

- Вот деньги заработаю и рожу ребенка. Замужество мне уже вряд ли светит. Все же 32 стукнуло, а ребенка для себя еще не поздно родить. Год-два еще поживу здесь и вернусь в свою Уфу к родителям. А ты знаешь, что Вероника кандидат технических наук? Нет? Да честное слово! Просто НИИ, где она работала в своем Омске, закрыли. Вот она и подалась в Москву. У нее сыновья студенты, она и зарабатывает деньги им на учебу, мужа ведь нет, рассчитывать не на кого. Где-где… Ушел к другой, помоложе. Обычная история. А Нина Петровна около двадцати лет старшим поваром в ресторане проработала, а  три года назад Вячеслав Вадимович ее переманил к себе. Он дядька неплохой, нормальный, да и видим мы его не так уж часто. В общем, жить и работать здесь вполне можно, тем более, за такие деньги. Опять таки кормежка нормальная, у всех своя комната, регулярный медосмотр, если надо – бесплатное лечение, к праздникам и дням рождения дополнительный конверт с деньгами, всегда свободно можно позвонить к себе домой, не злоупотребляя, конечно. Ты старайся, разве в своем Ленинске найдешь такую работу? Да ни в жизнь. Глядишь, года за 3-4 накопишь на квартиру для сестры и племянников. В принципе, здесь можно так прожить, чтобы заработанные деньги совсем не тратить: кормят, поят, одевают, лечат. Что еще надо?

Свете больше ничего не надо было, и она старалась.

 

            Макушка лета совпадала по времени с днем рожденья Вячеслава Вадимовича. Свой 36-летний день рождения он решил праздновать без помпы и фанфар. Довольно того, что в прошлом году угрохал на это мероприятие такую круглую сумму, что до сих пор как вспомнит, так в затылке чешет. Какого фига пыль людям в глаза пустил? Рокфеллер хренов. Так что обойдемся на этот раз без Иванушек Интернешнл, без Верки Сердючки, без ребят из Комеди Клаба, без цыган, дрессированных медведей, стриптизерш и салютов. Арендовать ресторан для бурных возлияний тоже не хотелось. Если бы можно было, он бы просто слинял на эти дни из Москвы. Но некоторые не поймут, осудят. Он просто сделает небольшой фуршет в офисе, а домой на торжество пригласит только самых близких друзей, коллег, партнеров и самых необходимых людей.

         Чтобы не обременять Нину Петровну праздничным ужином, его было решено заказать в ресторане. Дома только все оформить, подогреть и празднично сервировать столы. Вера Аркадьевна с ног сбилась, все организовывая. Она потеряла покой и сон, боясь что-либо упустить или забыть в спешке. Решено было накрывать столы в саду. Но на случай внезапного дождя спешно освобождался холл от всего лишнего, чтобы можно было быстренько все переиграть. Приглашено было четыре официанта для обслуживания гостей и подачи блюд. Уже был окончательно утвержден список приглашенных, тщательно продумано меню и сценарий, разосланы приглашения и получены подтверждения о явке. До мероприятия оставалось всего два дня. Все в доме  были как на иголках, в атмосфере чувствовалась напряженность и нервозность. В саду было установлено дополнительное освещение, груды посуды и накрахмаленных салфеток ждали своей очереди в подсобке. Бутылки с лучшими сортами вин и водки стояли наготове в кладовой. В микроавтобусе были привезены инструменты симфонического оркестра. Сергей, Света и Миша осторожно переносили их в гостиную.

         - А что, нельзя было магнитофон через динамики включить? – спросила Мишку Света, - Дешево и сердито.

         - Дурочка ты, Света, - снисходительно объяснял ей Мишка, - эти дамы и господа только живую музыку уважают. Хотя и ни хрена в ней не понимают.

- Мишка, следи за речью, - дежурно одернула его Света, - А твои родители тоже приедут?

- Хрен… то есть, фиг его знает. Отец может и явится, а маман вряд ли. У них с дядей Славой биологическая несовместимость, хоть и родные. Они как встречаются, так маман сразу на него рычать начинает как разъяренная тигрица. Впрочем, в прошлом году она была здесь. Тут такое творилось! Ты бы видела! Армагеддон! В этот раз куда скромнее будет. А по мне, так гораздо лучше.

-         Сколько всего народу ожидается?

-         Из фирмы только дядя Андрей и дядя Вася. Так что будет человек тридцать пять – сорок. Не больше.

-         Ого!

-         Разве это «ого». Вот в прошлом году было «ого», так «ого»! Больше ста человек гостей привалило. Всю дорогу и площадку перед домом машинами перегородили. Гудели, будь здоров! Дядя Слава тогда порядком перебрал и стал орать, что хочет прокатиться на коне, как Наполеон. Откуда-то конь белый взялся. Он стал на него залезать, а его любовница Маринка его стаскивать. «Слезай! – визжит, - Убьешься!» Смеху было! В общем, перепились все в усмерть. Меня Вера Аркадьевна быстренько увела, чтобы я на разврат не пялился. Да разве тут уснешь – всю ночь салюты бабахали, музыка гремела, женщины визжали, как будто их режут. Я в окно из спальни видел – в бассейне голые тетки плавали. На следующий день я слышал, как дядя Слава извинялся перед Верой Артемьевной за безобразие. Она ведь тетка интеллигентная, до пенсии в Министерстве культуры начальником отдела работала.

-         Вера Артемьевна в Министерстве работала?!

-         Ну и что. Не министром же. Айда, поможем Льву Ароновичу клумбу подправить, хотя и зря это, ей богу. В суматохе, а потом в темноте на цветы никто и глядеть не будет, еще и перетопчут все. Вот старик огорчится.

-         А у Вячеслава Вадимовича любовница есть? – вдруг спросила Света, когда они вдвоем с Мишкой подравнивали клумбу.

-         Конечно, есть. И не одна. Я только Марину видел. По мне, так это швабра ходячая, такая длинная и тощая. И лицо вытянутое, как у гончей собаки или кобылы. Зато ведет себя как сама английская королева: фу ты, ну ты! Меня даже и не замечает, сквозь меня смотрит, как будто я стеклянный или меня вообще нет. Есть еще у дяди Славы то ли Юля, то ли Муля. Хр… фиг знает, в общем. Жениться ему надо, по-моему. Только не на Марине этой. И не на Муле. Была бы ты постарше немного, может, он бы на тебе женился.

-         С чего ты взял, - расхохоталась Светка, - вот чудило. Хватит болтать, айда беседку искусственными цветами украшать. И не забудь, после ужина с часок алгеброй позанимаемся. И нечего тут морду кривить. Раз решили, значит, точка!

 

 

За два часа до приезда гостей все практически было готово. Мишка, пока никого нет, гонял по дорожке на скейтборде. Накануне позвонила его мать, сообщила Вере Артемьевне, что они с мужем не смогут быть на мероприятии, так как получили приглашение из Парижа на какую-то важную презентацию. Мишку это только обрадовало, он заявил Светке, что все, что ни делается к лучшему, по крайней мере, никто не будет стоять над его душой на предмет в какой руке держать вилку, в какой нож, как пользоваться салфеткой и как должны себя вести в обществе приличные мальчики.         

Вероника, Галя и Вера Аркадьевна убедившись, что все необходимое сделано, пошли в свои комнаты переодеваться и приводить себя в порядок. Нина Петровна сказала, что ей и так сойдет: кто ее на кухне кроме официантов увидит. Света тоже пошла к себе. Ее сиреневое платье было выстирано и тщательно выглажено накануне. Минут через пятнадцать к ней заглянула Галя и застала ее сидящей с ногами на кровати и читающей детектив Донцовой.

- С ума сошла! – накинулась она на нее, - Нашла время! Почему физиономию в порядок не привела?

-         А что в моей физиономии не в порядке? – испугалась Света.

-         Где макияж? Где следы туши, помады, румян и теней? Где, я тебя спрашиваю? Не пользоваться в твоем возрасте, да еще в таких случаях косметикой просто неприлично. Я уже не говорю о том, что это еще и не этично, и не эстетично.

-         Скажи еще «не поэтично и не романтично».

-         Говорю: не поэтично и не романтично. Быстренько пошли в мою комнату, буду из тебя человека делать.

-         А сейчас я кто? – проявила интерес Света.

-         Сейчас ты болванка, заготовка для человека. Такая безликая, пресная, неинтересная, примитивная болванка.

Галя усадила Светку на стул, завязала ей волосы косынкой, чтобы не мешали, и принялась сосредоточенно химичить.

- Ты меня как матрешку не разукрашивай? – на всякий случай попросила Света.

- Не боись. Сделаю тебе высокохудожественный легкий макияж под названием «а ля держитесь мужики». И не лезь с глупыми советами под руку, когда работает профессионал.

Когда Света через двадцать минут глянула на себя в зеркало, то просто не узнала себя в красивой взрослой девушке, что глядела на нее.

- Галка, ты волшебница! - ахнула она, - Тебе в косметическом салоне колдовать над лицами, а не пыль с мебели вытирать.

- Да ладно тебе, - делано заскромничала Галя, - просто завтра вместо меня сделаешь уборку. Только и всего.

 

 

- Миша, Света, делайте бутерброды с икрой. Только быстренько. Галя будет резать батон, а вы намазывайте масло. Миша, вот упаковка с маслом, открой, - и Вера Аркадьевна торопливо вышла. У нее была еще целая куча дел.

Света заглянула в открытую упаковку.

-         Миш, глянь, а в масле ягодки. Красивые такие. Фу, да они рыбой воняют!

Мишка расхохотался:

- Ну и темнота ты, Светка. Дремучая, как чукча в тундре. Это же икорное масло, специальное для бутербродов. Это икринки, а не ягоды. Их надо осторожно намазывать, чтобы не раздавить. Поняла? И давай, пошевеливайся, пока Вера Артемьевна для ускорения нам по шеям не дала. Цигель, цигель, ай-лю-лю!

Работа закипела. Они с Мишкой в четыре руки ловко делали бутерброды, укладывали их на широкие блюда, раскладывали на маленькие подносы заготовленные тосты с ветчиной, бужениной и копченой стерлядью. Разливали охлажденные напитки по высоким бокалам, вставляли соломинки и подавали их официантам на подносах. Раскрасневшаяся Нина Петровна рысью носилась по кухне, время от времени в суете сталкиваясь с Галей, которая тоже носилась пулей.

Наконец, наступил небольшой перерыв, когда все холодные закуски и напитки были поданы, а до горячего было еще далеко.

-         Рекламная пауза! - громко объявил Мишка, - Давайте тоже пожрем, что ли. Обидно сдохнуть с голодухи, когда кругом столько всего. – И он сделал здоровый укус от трех бутербродов, сложенных вместе, с аппетитом стал жевать.

Нина Петровна только рукой махнула, она варила в кастрюле какой-то особый острый соус к горячему, требующий максимальной концентрации внимания. Пока гости не разойдутся, ей сегодня будет не до еды.

- Хочешь рыбу в кляре? – спросил Свету Мишка. Он как галантный кавалер считал себя обязанным поухаживать за дамой.

-         Нет, Мишка, рыбу я потом поем. Я хочу барбекю.

-         Так ешь, давай.

-         Миш, а которое здесь барбекю? Вот это, что ли?

Мишка сложил вместе ладони и поднял глаза к небу, словно призывая господа бога в свидетели, как ему, бедолаге, трудно приходится с этой бестолковой Светкой.

-         Это анчоусы, - терпеливо пояснил он, - Для особо бестолковых повторяю по слогам: ан-чо-у-сы. Барбекю называется вот эта фигня. По-простому – жареные куски мяса.

-         Вкуснятина! - причмокивала Света, пробуя мясо, и облизывая пальцы.

         А потом опять пошла беготня с новой порцией напитков и прочей закуской. На лужайке время от времени раздавались взрывы смеха и аплодисменты. Там тамада что-то вещал в микрофон своим трубно-энергичным басом. Потом через каждые несколько минут стал раздаваться в исполнении оркестра туш. «Подарки вручают», - пояснил Мишка. Еще через полчаса раздались первые танцевальные звуки. Светка выглянула в окно. Несколько пар медленно танцевали на подстриженной лужайке. В центре она разглядела Вячеслава Вадимовича в элегантном светлом костюме, синем галстуке и бледно-голубой рубашке, на котором повисла словно на вешалке тонкая длинная девушка с короткой стрижкой в серебристо-сиреневом платье до пят. Ее неестественно длинные руки обвились вокруг его шеи как лианы вокруг дуба.

- Видала, как вцепилась? – раздался над ее ухом Мишкин голос, - Терпеть ее ненавижу. Сквозь меня смотрит. Представляешь? Словно и нет меня, в природе не существует. Небось, одно на уме, как прибрать к рукам дядю Славу вместе с его денежками. Только это у нее обломится. Это фиг вам, мадам!

-         С чего ты взял?

-         А я дядю Славу недавно спросил, женится ли он на ней. И знаешь, что он мне ответил? Он сказал, что есть женщины, с которыми встречаются, а есть женщины, на которых женятся. А потом сказал еще, что это не моего ума дело, и что нос у меня еще не дорос, чтобы взрослым такие вопросы задавать. Но я то не дурак,  все понял. Он ведь с ней уже два года встречается, значит, жениться на ней вовсе не собирается. Мама говорит, что у дяди Славы была когда-то жена. Красивая, говорит, но очень вредная. Намучился он с ней, вот с тех пор жениться и не хочет. Мороженое хочешь?

Просмотров: 755 | Рейтинг: 5.0/1 | Добавить в закладки | Оставить отзыв

Поделись рассказом с другом:

Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Рассказ "Алле, гараж!" в журнале "Литературный Башкортостан" №32 г.Нью-Йорк
Рассказ "Лирическое отступление" в журнале "Наш семейный очаг" №12/13 г.Хабаровск
Рассказ "Cильная штука" в журнале "Литературный Башкортостан" №33 г.Нью-Йорк
Рассказ "Бремя славы" в журнале "Литературный Башкортостан" №34 г.Нью-Йорк
Рассказ "Счастье где-то рядом..." в журнале "Автограф" №8/9 г.Донецк
Рассказ "На рыбалке" в журнале "Литературный Башкортостан" №35 г.Нью-Йорк
Рассказ "Все просто" в журнале "Автограф" №10 г.Донецк



Счастье где-то рядом (часть 2)
Лирическое отступление (часть 2)
На рыбалке
Еще раз о любви (часть 1)
Счастье где-то рядом (чать 1)



Литературный Каталог